Из воспоминаний М.Х.Хакимова – участника Великой Отечественной войны.
Хакимов Мавлют Хакимьянович родился 24 ноября 1924 г. в деревне Апутово Белокатайского района Башкирской АССР. В мае 1942 г. призван в Красную Армию и направлен в 9-й запасной кавалерийский полк. С ноября 1942 г. участвовал в боях с немецко-фашистскими захватчиками в составе 1-го кавалерийского корпуса, действовавшего на Брянском направлении. В боях за Харьков в марте 1943 г. был ранен. После излечения направлен в отдельный противотанковый дивизион кавалерийского корпуса им. Котовского 1-го Украинского фронта. Участвовал в освобождении Киева. С августа по декабрь 1944 г. в составе своей части совместно с чехословацкими партизанами участвовал в рейде по тылам врага в Словакии. В апреле 1945 г. на реке Эльбе ранен второй раз. После демобилизации окончил исторический факультет Башкирского государственного педагогического института им. К. А. Тимирязева, курсы подготовки преподавателей политической экономии. С 1954 г. работал на кафедре марксизма-ленинизма УАИ ассистентом, старшим преподавателем, доцентом. В 1964–1965 гг. – доцент кафедры истории КПСС и политической экономии, в 1965–1969 гг. – доцент кафедры политической экономии, в 1969–1976 гг.– заведующий кафедрой политической экономии УАИ. Награжден орденами Красной Звезды, Отечественной войны 1-й степени, медалями, Почетной грамотой Президиума Верховного Совета БАССР.
Родился я в бедной крестьянской семье в ноябре 1924 г. Как и все деревенские ребята довоенных лет, выполнял в колхозе посильную работу, в летние каникулы был учетчиком в бригаде, пастухом на ферме. Лопата, топор, вилы, пастуший длинный кнут знакомы мне с детства.
- В 1942 г. я был призван в Красную Армию и направлен в Туймазы, в 9-й запасный кавалерийский полк первичной подготовки красноармейцев для отправки на фронт. Приняв воинскую присягу на верность советской Родине, научившись обращаться со стрелковым оружием, в октябре 1942 г., когда мне, молодому солдату, не было еще полных 18 лет, я оказался в зоне боевых действий в составе 1-го кавалерийского имени легендарного героя гражданской войны Г. И. Котовского корпуса, находившегося в то время в Брянском направлении. Боевое крещение получил в брянских лесах, где кавалерия вела, по сути, партизанскую войну на оккупированной противником территории в стороне от городов, железных и шоссейных дорог.
Вместе с нами били врага и настоящие партизаны. Многие партизанские отряды действовали в глубоком немецком тылу. Но и они, как правило, были связаны с центром, выполняли специальные задания центра. Что же касается тех отрядов, с которыми приходилось взаимодействовать нам, то они были связаны с действующими частями армии очень тесно. Они обеспечивали нас информацией о немецкой армии, нарушали воинские коммуникации путем подрыва железнодорожных путей, мостов, совершая против оккупантов самые различные диверсии. Неоднократно мы проводили военные операции совместно с партизанами.
Мне пришлось много слышать о том, как в первый год войны зарождалось партизанское движение, как трудно приходилось находить в первое время способы борьбы, ведь опыта партизанской войны не было никакого. В первое время большое значение имела деятельность партизан по выводу через линию фронта солдат и офицеров, а в ряде случаев даже воинских частей, попавших в окружение. А вскоре, набравшись опыта, партизаны открыли против оккупантов настоящую партизанскую войну. Нам пришлось в немецком тылу встречать районы, в которых практически власть принадлежала партизанам. Так и говорили: «Партизанский край».
Наш 1-й гвардейский кавалерийский полк иногда вел бои в тылу врага, полностью, со всех сторон, окруженный немецкими войсками. Первый раз это крупное соединение по приказу командования оказалось на оккупированной фашистами территории в Брянских лесах в конце 1942 г. и начале 1943 г. Кавалерийские части, хорошо вооруженные, имеющие в своем распоряжении противотанковые пушки на конной тяге, были намного эффективнее в борьбе с врагом, нежели в то время слабо вооруженные партизаны. Эскадрон в 100–120 человек или полк в 500–600 солдат и офицеров появлялись там, где их не ожидал противник. Разорив склады, железнодорожные станции, разобрав рельсы, если позволяло время, уничтожив охрану, мы так же быстро уходили до прибытия танков или авиации, как и появлялись. Кавалеристы воевали в тылу врага как обычные партизаны, пользуясь их разведывательной информацией, но, конечно, по уставам и законам Красной Армии, а не по правилам партизан – народных мстителей. Самосуд над врагами был строго запрещен, а партизаны могли «замочить» немцев или предателей как хотели, как умели.
Наибольшую нужду мы в тылу врага испытывали, когда нечем было накормить коней, ведь сена, соломы, тем более фуража нам никто не заготовил. Наши кони всегда были полуголодными, как и мы сами, но помогало население и, конечно же, партизаны.
Первое ранение я получил в боях на Харьковском направлении в марте 1943 г. После излечения в госпитале снова вернулся в свою часть повзрослевшим, обстрелянным воином. Наше соединение находилось невдалеке от Курской дуги, где летом началось гигантское сражение и наступление войск 1-го Украинского фронта. Но конница на открытой местности в активных боевых действиях не участвовала до Черниговского полесья и Припятской низменности. Корпус шел на Запад по болотам, лесам, в основном по бездорожью. Если партизанский корпус прославленного С. А. Ковпака в тылу врага действовал «с внутренней стороны фронта», то мы преследовали захватчиков с внешней стороны, освобождая Украину от немецко-фашистских войск.
На территории Закарпатской Украины кавалерийский корпус, состоящий из 3 дивизий, не менее 15 тысяч солдат и офицеров, по приказу Верховного Главнокомандования снова был введен в тыл врага. С августа по декабрь 1944 г. конный корпус вел боевые действия как обычные, но хорошо вооруженные и организованные партизаны. Советские воины прославились на Дукельском перевале (на границе Словакии) в разгроме раздробленных немецких войск на западных Карпатах.
Преследуя врага по югу Польши, конники в апреле 1945 г. оказались на берегу реки Эльбы, где встретились с американскими войсками, тогда союзниками в общей борьбе против фашистской Германии.
Но я хочу немного подробнее рассказать о нашем карпатском рейде.
Как я уже написал выше, второй рейд в тыл противника был осуществлен нами с середины августа 1944 г. на территории Западной Украины и Словакии до декабря. От танков и мотомеханизированных частей немецко-фашистских войск нас спасали высокие Карпатские горы, конница «шастала» по горам и лесам, а самолетов в то время у немцев стало мало. Мы были направлены туда для оказания реальной помощи словацким партизанам, поднявшим восстание против немецко-фашистских оккупантов. Местные жители, несмотря на то, что они никогда не видели до этого советских солдат, отнеслись к нам, как к освободителям от немецкого ига. Помогали продовольствием (мясо домашнего скота), фуражом, сеном, когда выпал снег. Но говорили, что не безвозмездно. Каждый крестьянин получал за «сданную» Советской Армии корову, козу, свинью или другую домашнюю скотину справку, по которой после освобождения он получал компенсацию конфискованной у помещиков коровой, свиньей или еще чем-нибудь.
Но того, что нам давало население, было для нас крайне недостаточно. Может показаться непонятным, как же 15 тысячный корпус в течение 3 месяцев не погиб голодной смертью. Но основное продовольствие и боеприпасы поступали с «большой земли»: с наступлением темноты грузовые самолеты сбрасывали без парашютов в двойных, тройных мешках, в специальных контейнерах сухари, тушенку, сало, крупу, табак, галеты и другие необходимые предметы потребления. Нам в это время, как только появлялись на низкой высоте самолеты, надо было срочно прятаться в укрытиях, блиндажах или под ветвями крупных деревьев.
При нашей части были два англичанина и француз, сбитые немцами летчики, спасшиеся на парашютах, они не ходили в разведку, не несли никакой боевой службы, а работали на кухне, чистили картошку, когда она у нас бывала.
До сих пор я помню: они совсем не говорили по-русски, а мы не умели говорить на их языках. Они были очень рады, что не попали в плен, симпатичные ребята, среднего телосложения, возраста 25–27 лет. Они вышли с нами из окружения после того, как немецкие войска были разгромлены Красной Армией на Дукельском перевале на границе с Польшей.
За неделю до капитуляции немцев я получил второе ранение. Победу встречал в госпитале. Оба ранения, к великому счастью, не привели к увечью, после излечения я снова стал в строй.
Из книги: Великая Отечественная война (исторический очерк и воспоминания ее участников). Авторы: Л.Н.Фенин, У.Б.Гайсин, М.А.Филимонов, Т.С.Конюков, В.П.Карев, 2010 год.
Станьте соавтором УУНиТ! Присылайте свои новости в наш чат-бот в Telegram. Не забудьте прикрепить фото- или видео- материалы.
